Универсальность рецептов реформирования и отказ от собственной промышленной политики были подвергнуты жесткой критике, в том числе со стороны ученых Запада. В частности, доказано, что приватизация не может рассматриваться как однозначно положительный инструмент для экономики, поскольку ее эффективность зависит от состояния рынка, социальной политики, возможностей привлечь собственных и иностранных инвесторов, способных предложить действенную программу модернизации предприятий. Дерегуляция не всегда увеличивает приток инвестиций, а чаще, наоборот, стимулирует отток капитала и порождает финансовые кризисы в условиях несформированности рыночных институтов, политической нестабильности, низкого уровня защиты прав собственности, что убедительно продемонстрировали постсоветские страны, в том числе Украина и Россия. Не установлено также тесной зависимости между либерализацией торговли, открытостью экономики и экономическим ростом. Следовательно, утверждение В. Полтеровича о необходимости учесть стадию развития страны при выстраивании промышленной политики и выбрать соответствующие инструменты является абсолютно обоснованным, ибо рациональная стратегия нерасторжимо связана с экономическими, институциональными, социокультурными параметрами, которые сформировались в государстве. Ученый предлагает для достижения наивысших результатов государственного влияния на экономику выделять четыре стадии, на которых должны применяться различные инструменты промышленной политики: 1) индустриализации или модернизации; 2) инициализации экспортоориентированного роста; 3) стимулирования ускоренного развития; 4) развитого рынка.
На стадии индустриализации или модернизации ведущую роль играют инвестиционный импорт и заимствование технологий. Это имеет мощный экстерналъный эффект, ведь происходит накопление знаний и навыков, необходимых для создания либо реструктуризации собственной промышленности. Наиболее благоприятна та политика, которая стимулирует инвестиционный импорт различными средствами (низкие тарифы, налоговые льготы и субсидии потребителям инвестиционного импорта, завышенный валютный курс и т. д.) и в то же время ограничивает импорт промышленной продукции конечного потребления.
По мере расширения национального производства и удовлетворения внутреннего спроса за счет собственной продукции промышленность начинает ощущать узость внутреннего рынка, возникает объективная потребность выхода за его рамки. Инициируется экспортоориентированный рост. На этой стадии экспортеры, находясь под давлением международной конкуренции, вынуждены постоянно заботиться о повышении уровня производства через внедрение новых технологий, методов управления, стандартов качества, что так или иначе передается на секторы, которые продолжают работать на внутренний рынок. Роль импортной экстерналии минимизируется, зато экспортная экстерналия достигает своего максимума. Эта стадия, как правило, характеризуется слабостью рыночной инфраструктуры, относительно низким уровнем человеческого и технологического развития. На эту стадию страна может попасть, не только перейдя от стадии индустриализации, но и наоборот, вследствие глубокого экономического спада, который разрушает установившиеся экономические институты. Находясь на второй стадии, страны должны активно использовать как селективные (вертикальные), так и неселективные (горизонтальные) инструменты для стимулирования экспорта и ограничения импорта. Характерной чертой этой стадии является высокая централизация управления экономикой. Среди мер можно назвать интенсивное развитие государственного сектора, поддержку крупных предприятий, государственные программы технической реконструкции, заниженный валютный курс, кредитные и налоговые льготы, субсидирование, интенсивное создание рыночной инфраструктуры, которая со временем, в процессе перехода к следующей стадии, должна сыграть роль амортизатора при постепенном ограничении централизованного влияния.
Стадия стимулирования ускоренного развития характеризуется уменьшением прямого влияния государства, преобладанием горизонтальных инструментов над вертикальными, ограничением барьеров как для импорта, так и для экспорта, поддержкой малого бизнеса, дерегуляцией рынка капитала, активной инвестиционной политикой.
На стадии развитого рынка вертикальные инструменты используются только как средство противодействия циклическим спадам или неожиданным экономическим шокам, а превалируют горизонтальные методы поддержки.
Для каждой из приведенных стадий, как показывают исследователи, характерны свои рамки перераспределения государством общественного продукта, темпы наращивания и структура государственных расходов. В частности, замечено, что чем выше уровень развития страны и душевой ВВП, тем большая доля общественного продукта перераспределяется государством и тем ниже темпы наращивания государственных расходов, причем направляются средства главным образом на социальные цели, а не на стимулирование роста.
Стадия индустриализации характеризовалась жесткой ("вертикальной") промышленной политикой, которая служила основным инструментом для решения важных социально-экономических и политических задач – поддержки национальной безопасности, преодоления территориальных диспропорций, смягчения социальной напряженности. Создание новых производственных мощностей, обеспечивавших массовость производства, отождествлялось с развитием страны. Следует подчеркнуть то обстоятельство, что на данной стадии только государство могло реализовать крупномасштабные проекты в промышленности, поскольку у бизнеса не было для этого достаточных средств и мотивов. Государство выступало одновременно заказчиком и проектировщиком производств, мобилизовало для промышленного строительства финансовые, материальные и трудовые ресурсы. Масштабы государственных проектов определяли в дальнейшем экономические контуры страны, уровень ее могущества и богатства.
Вплоть до 1970-х годов большинство развитых стран использовали жесткую промышленную политику как основное средство влияния государства на экономику. Особенно ярко это проявилось после Второй мировой войны во Франции, Германии, Японии. Такая политика имела целью догнать за короткое время США по уровню развития. Она обеспечила продолжительный экономический подъем, сохранявшийся в значительной степени благодаря тесному сотрудничеству государства с частными компаниями.
Отдельные инструменты "вертикальной" промышленной политики до настоящего времени широко используются в западных странах при наименьших признаках ухудшения рыночной конъюнктуры для поддержки отраслей и предприятий, испытывающих временные трудности. Примером может служить периодическое введение высоких таможенных тарифов для защиты отечественных производителей от конкурентного давления со стороны более дешевого промышленного и сельскохозяйственного импорта. Например, США проводят довольно агрессивную торговую политику, направленную на защиту своей автомобильной промышленности и производства полупроводников от японского и южнокорейского импорта, сталелитейной промышленности — от европейского импорта, легкой промышленности — от китайского импорта. Примечательно, что протекционистские настроения как в США, так и в странах ЕС в последние годы только усиливаются.
Благодаря именно жесткой промышленной политике западные государства достигли немалых успехов, однако в настоящее время они весьма настойчиво заставляют страны со слаборазвитыми и переходными экономиками проводить политику, разительно не похожую на ту, благодаря которой эти страны сами добились экономического могущества. Игнорируя тот факт, что развитые страны находятся на более высокой стадии по сравнению с развивающимися странами, международные экономические организации (МВФ, ВТО) требуют от последних создавать институты западного образца, следовать современным стандартам западной экономической политики, даже если у "подопечных" нет объективных оснований имплементировать такие институты и стандарты. Тем самым, сознательно или несознательно, "опекуны" подрывают их конкурентоспособность и консервируют их отсталость. Многие исследователи квалифицируют такой подход как воплощение двойных стандартов, которые применяются для распределения мирового богатства в пользу развитых стран и для установления межгосударственной специализации. В частности, отмечается, что суровые требования к более слабым соседям появились тогда, когда это стало выгодно западным странам, чтобы "отбросить лестницу", по которой они поднялись к вершине своего нынешнего благосостояния.
Опыт Франции — довольно показателен с точки зрения эффективности жесткой модели промышленной политики. Главным ее инструментом было индикативное планирование на пятилетний период, которое сохранялось до начала 90-х годов прошлого столетия и имело целью дать бизнесу ориентиры на будущее, наладить сотрудничество правительства с компаниями и общественностью. Разработкой индикативных планов занимался специально созданный орган — Комиссариат планирования (Commissariat au Plan). Правительство организовало ряд национальных компаний, которые занимали ведущие позиции во многих стратегических отраслях, в частности, в авиационной промышленности, ядерной энергетике, микроэлектронике, вагоностроении. Для поддержки таких компаний были объединены в целостный комплекс государственные субсидии, государственные программы НИОКР, системы государственных закупок. Французское правительство наряду с основанием национальных компаний активно использовало также национализацию в качестве инструмента модернизации крупных частных компаний, что позволило им стать конкурентоспособными на мировом рынке. В целях реализации масштабных совместных проектов государства и бизнеса был создан специальный банк.
В последние годы во Франции возрождается интерес к активной промышленной политике и практике реализации национальных программ развития индустрии. Кроме того, в промышленной политике этой страны, как и большинства стран ЕС, появились новые - региональные акценты, направленные на поддержку конкурентоспособных комплексов (кластеров), специализирующихся на высоких технологиях и сочетающих в себе основные центры НИОКР и промышленное производство. Региональные проекты запланировано финансировать на паритетных началах между регионами и правительством.
В развивающихся странах "вертикальная" промышленная политика получила большее распространение, чем в развитых, ибо с самого начала она рассматривалась не как средство преодоления отдельных рыночных провалов, а как главная стратегия борьбы с отсталостью. Подлинное "экономическое чудо" продемонстрировали миру благодаря именно такой политике Япония, Южная Корея, Тайвань, Китай, Гонконг, Сингапур. Этим странам удалось несколько десятков лет кряду поддерживать высокий темп роста ВВП и вплотную приблизиться к традиционным лидерам (а Японии — даже опередить их). Истоки такого стремительного взлета — предмет ожесточенных дискуссий. Некоторые исследователи объясняют его динамичным ростом инвестиций. В. Полтерович, однако, отмечает, что действовали другие, более глубинные факторы; кроме того, как утверждает Д. Родрик, только 60% роста ВВП можно отнести на инвестиции. Другие ученые указывают на макроэкономическую стабильность, основу которой составили низкая инфляция, консервативная бюджетная политика и рациональное регулирование валютного курса; оппоненты опять-таки возражают, напоминая, что были и более фундаментальные факторы, в том числе человеческий капитал и качество институтов. В настоящее время все больше исследователей склоняются к мнению П. Кузнеца об особенностях промышленной политики в Японии, на Тайване, в Южной Корее, который, в частности, сделал вывод, что на разных стадиях развития использовались прямо противоположные средства, а потому "нелегко свыкнуться с тем, что государственное вмешательство иногда стимулировало, а иногда смягчало конкуренцию. Однако рассмотрение государственной политики показало, что государственное вмешательство было везде, во всех трех странах".
Страницы: 1, 2, 3, 4, 5