ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКАЯ МЫСЛЬ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XVIII В.
3 Охранительные идеи господствующего класса
Осенним днем 1767 г. в палате шло заседание Уложенной комиссии и князь М. М. Щербатов «с крайним движением духа» говорил о заслугах дворян. Обращаясь к России, он восклицал: «То верные твои чада, древние российские дворяне! Они, оставя все и жертвуя своею жизнию,-- они тебя освободили от чуждаго ига, они приобрели тебе прежнюю вольность» Сб. РИО, т. 4, стр. 193..
Заслуги дворян восхвалялись в Грановитой палате не раз и до этого. Новым было то, что свой ораторский талант, образо-вание и остроумие князь М. М. Щербатов был вынужден ис-пользовать, чтобы отражать все нараставшие атаки на сослов-ные права и привилегии дворянства. Купцы, разночинцы, кре-стьяне все решительнее выступали против дворянского землевладения и крепостного права. Все сильнее звучало обви-нение дворян в том, что из-за их произвола большинство народа обречено на нищету, истязания и бесправие, сельское хозяйст-во дает меньше, чем может и должно производить, промышлен-ность, торговля и города развиваются медленно, а страна остается экономически и культурно отсталой.
Начав с умеренной и непоследовательной критики отдель-ных наиболее грубых черт крепостнических порядков, передо-вая общественно-политическая мысль во второй половине XVIII в. постепенно шла к отрицанию крепостничества. При этом пересматривалось отношение к самодержавию, развитию промышленности и распространению просвещения.
Противоречия социально-экономического развития в сочета-нии с влиянием идей западноевропейского просветительства привели к тому, что с середины XVIII в. в русской обществен-но-политической мысли возникло новое направление. Будучи связано с потребностями буржуазного развития, оно выражало отчасти интересы крепостных крестьян. Почти на полтора сто-летия в центре оказался вопрос о крестьянстве и крепостном праве.
Однако в обществе продолжали господствовать идеи и тео-рии, отстаивавшие незыблемость самодержавно-крепостниче-ского строя. Им была обеспечена поддержка государства. Они усиленно пропагандировались в манифестах, сенатских указах, на страницах книг и журналов, с церковного амвона, со сцены, с университетской кафедры. Против них и выступило начавшее формироваться в середине XVIII в. новое направление, которое постепенно выходило за рамки феодальной идеологии и наполнялось буржуазным, антикрепостническим содержанием, все бо-лее решительно выступая на защиту угнетенного народа.
Общественно-политические идеалы Щербатова наиболее полно выражены в его «Путешествии в землю Офирскую». Это произведение -- не что иное, как утопический роман, изображе-ние идеальной, несуществующей страны, куда попадает после кораблекрушения шведский офицер. Но эта вымышленная страна является лишь преобразованной согласно с идеалами Щербатова дворянской, крепостнической Россией. В «земле Офирской» население разделено на замкнутые сословия, где большинство людей -- рабы, находящиеся в полной зависимо-сти от «сословия благородных». «Благородные» пользуются ис-ключительным правом владения землей и крестьянами, зани-мают все посты в учреждениях и армии. Система военных по-селений освобождает страну от рекрутчины, создает постоянную армию и обеспечивает быстрое подавление «внутреннего бес-покойства». Во главе управления стоят «вышнее правительст-во» и «совет вельмож» из представителей замкнутой касты ари-стократов, наделенных огромными привилегиями. Монарх на-ходится под их постоянным контролем и не имеет права самостоятельно решать ни одного вопроса.
«Философ на тоне» и его окружение
И
деологи правящей группы дворянства понимали, что в новых условиях необхо-димы и новые приемы сохранения само-державно-крепостнического строя. Они отказывались от харак-терной для Щербатова апологетики крепостничества и ряди-лись в одежды последователей и учеников французских про-светителей. Но они извращали просветительские теории, выхо-лащивали их антифеодальную направленность и использовали их для целей, диаметрально противоположных тем, которые ставили Вольтер, Дидро и Руссо.
Екатерина II заявляла, что «Дух законов» Монтескье стал ее настольной книгой, из которой она переносила целые страни-цы в свой Наказ. Вскоре после дворцового переворота 1762 г. императрица звала Дидро приехать в Петербург для заверше-ния публикации «Энциклопедии», изданию которой во Франции препятствовало королевское правительство. Несколько позже она приглашала д'Аламбера поселиться в России и взять на себя воспитание ее сына, наследника престола Павла. Начиная с 1763 г. Екатерина ведет оживленную переписку с Вольтером, в которой именует его своим «учителем». Гримм становится ее доверенным лицом. Императрица советуется с просветителями относительно ведения государственных дел, посылает им доро-гие меха и коллекции золотых монет, оказывает денежную по-мощь. Французские просветители провозглашают ее «северной Семирамидой», воспевают ее «просвещенный» ум и создают вокруг нее нужную ей рекламу.
Но выдавая себя за сторонницу идей Просвещения, Екате-рина II привлекала их для обоснования целесообразности самодержавно-крепостнических порядков. Она утверждала в Наказе, что самодержавие является лучшей и единственно возможной формой правления, так как «всякое другое правление не только было бы в России вредно, но и вконец разорительно». Цель самодержавия -- внедрение в подданных «разума вольности», направление их действий «к получению самого большого ото всех добра», охранение «безопасности каждого гражданина» и подчинение всех одним законам.
«Мудрец на троне» знал, что говорил и делал. Под «вольно-стью» понималось позволение делать только то, что разрешали законы, а они закрепляли всевластие дворян и полное бесправие крестьян. Последним оставалось утешаться тем, что «рабы и слуги существуют от сотворения мира» и это «богу отнюдь не противно», что они должны своих господ, и притом не только добрых, «но и не нравящихся им, любить и почитать», повино-ваться им «от всего сердца», все их приказания и повинности «охотно, верно и в надлежащее время исправлять» «Наказ Екатерины II». СПб., 1907, « 11, 13, 15, 16, 32-35..
Общественно-политические взгляды Екатерины отличались от щербатовских не столько целями и содержанием, сколько тактикой и формами защиты крепостничества, своей мнимо-просветительской оболочкой. Но и это различие сохранялось лишь в первое десятилетие ее царствования.
После Крестьянской войны, революций в Америке и Фран-ции взгляды императрицы Екатерины постепенно сближаются с идеями Щербатова. Единственно, что их по-прежнему разде-ляет,-- это вопрос о размерах власти монарха, о месте аристо-кратии в государстве.
Страницы: 1, 2, 3, 4, 5, 6