Вместе с тем даже отделение церкви от государства, завершающее процесс секуляризации в правовом государстве, не снимает задачи взаимодействия светских церковно-религиозных и общественных сил в утверждении общечеловеческих норм и принципов во внутренней жизни общества и во внешнеполитической сфере.
Глава II. КЛАССОВОЕ И ОБЩЕЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ В СУЩНОСТИ ГОСУДАРСТВА. ПОНЯТИЕ ГОСУДАРСТВА
Понятие государства включает в себя характеристику его сущности, т.е. главного, определяющего, устойчивого, закономерного в данном явлении, и социального назначения - служебной роли и исторической цели.
Марксизм научно обосновал, что политическая власть является одновременно и важнейшим признаком государства, и основным содержанием его сущности. Государство по своей сущности есть организация политической власти общества.
Вместе с тем возникшее полтора века назад марксистское понимание государства, которое более семидесяти лет воспринималось советским обществоведением как единственно правильное и незыблемое, с учетом исторического опыта и современного уровня научных знаний нуждается в критическом переосмыслении и уточнении Красиков А. Религии, церкви, государство: Россия на рубеже двух столетий // Рос. Вести. - 1995. - 24 нояб..
В частности, следует признать ошибочной общепринятую в советской юридической, философской и политологической литературе трактовку государства
исключительно с классовых позиций, исходя из основополагающих указаний классиков марксизма, рассчитанных на государство в обществе, разделенном на антагонистические классы. Именно применительно к такому обществу они рассматривали государство как организацию политической власти экономически господствующего класса, орудие его диктатуры.
“Политическая власть в собственном смысле слова, - писали К. Маркс и Ф. Энгельс, - это организованное насилие одного класса для подавления другого” Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 4. С. 447.. “Государство, - утверждал Ф.Энгельс, - есть не что иное, как машина для подавления одного класса другим” Там же. Т. 22. С. 200-201.. Вслед за Энгельсом В.И. Ленин также видел в государстве машину “для поддержания господства одного класса над другим” Ленин В.И. Поли. собр. соч. Т. 39. С. 73.. “Государство, - считал он, - есть орган господства определенного класса, который не может быть примирен со своим антиподом (с противоположным ему классом”) Там же. Т. 33. С. 8..
Хотя приведенные и подобные им другие положения, выражавшие суть марксистского понимания государства в обществе с антагонистическими классами начиная со второй половины 40-х годов XIX в. и вплоть до свершения Октябрьской революции и начала строительства социализма в России, играли прогрессивную роль в объяснении происхождения, сущности, функционирования и развития государства, нельзя было придавать им всеобщего значения, превращать в догму и распространять на все времена и страны, тем более в изменявшихся на глазах исторических условиях.
Такой подход обеднял и в известной мере искажал представление о государстве, содержал упрощенное, одностороннее понимание его сущности и социального назначения, ориентировал на приоритет принудительной, насильственной стороны данного явления, на обострение классовых противоречий и борьбы внутри отдельных стран и на международной арене. Поэтому понятно, что в связи с коренными изменениями, происшедшими в мире после Второй мировой войны, трактовка государства исключительно с классовых позиций вступила в противоречие с ходом развития государства не только в капиталистических странах Запада, но и в Советском Союзе, а после его распада - в России и других странах СНГ.
Важно заметить, что рассматриваемый подход к трактовке государства необоснованно отвергал как идеалистические и ненаучные многочисленные немарксистские учения о государстве от Аристотеля до Каутского, его нынешних последователей в западноевропейской социал-демократии и современных буржуазных теорий. Несмотря на разнообразие и особенности этих учений, в том числе и в дореволюционной России (Б.А. Кистяковский, М.М. Ковалевский, Ф.Ф. Кокошкин, Н.М. Коркунов, М.М. Сперанский, Б.Н. Чичерин, Г.Ф. Шершеневич и др.), в большинстве своем представляющих огромную духовную ценность, почти все они, в той или иной мере отражая многовековой опыт мирового развития, сходятся в понимании государства как института социального компромисса и достижения общего блага. Однако при всей привлекательности такого подхода он также односторонен: тогда как марксизм сводит суть понимания государства к его классово-насильственной стороне, немарксистские теории так или иначе признают в государстве лишь другую его сторону - общесоциальную, общечеловеческую.
В этой связи особое внимание привлекает высказанная в “Капитале” мысль Маркса о том, что государство охватывает своей деятельностью два момента: и выполнение общих дел, вытекающих из природы всякого общества, и специфические классовые функции.
К сожалению, данный тезис, затронутый Марксом лишь мимоходом при рассмотрении другого вопроса применительно к рабовладельческому и буржуазному государству, не получил дальнейшей специальной разработки ни в самом “Капитале”, ни в более поздних трудах Маркса, не повлиял на суть понимания государства его последователями.
Между тем именно в приведенном суждении Маркса получает краткое синтезированное выражение наиболее существенное и ценное как в марксистском, так и в немарксистском подходе к государству; делается шаг в направлении преодоления односторонности в трактовке государства, понимания его как единства двух его тесно взаимосвязанных сторон - общечеловеческой и классовой.
И действительно, любое государство, наряду с решением сугубо классовых задач, выполняет и общечеловеческую миссию, без которой не может существовать ни одно общество. К выполнению общих дел относится прежде всего осуществление разнообразных коллективных потребностей общества: организация здравоохранения, образования, социального обеспечения, средств транспорта и связи, строительство ирригационных сооружений, борьба с эпидемиями, преступностью, меры по предотвращению войны и обеспечению мира и т.п.
Общечеловеческое предназначение государства в более широком смысле состоит в том, чтобы быть инструментом социального компромисса, смягчения и преодоления противоречий, поиска согласия и сотрудничества различных слоев населения и общественных сил; обеспечения общесоциальной направленности в содержании всех осуществляемых им функций.
Сочетая в себе, таким образом, и классовое, и общечеловеческое, государство выступает одновременно и как организация политической власти общества, и как его единственный официальный представитель. Согласно этому оно призвано обеспечить выполнение и общих дел, вытекающих из природы всякого общества, и специфических классовых задач.
Только учитывая общечеловеческое и классовое в государстве, можно достигнуть научной объективности в его изучении, рассматривать его таким, каково оно есть в действительности.
Поэтому нельзя согласиться с теми, кто стремится к иной односторонности, предлагая полностью отказаться от классового подхода, ограничившись лишь общечеловеческим.
Следует иметь в виду, что соотношение между общечеловеческим и классовым в государстве в разные эпохи не одинаково, это не застывшее состояние, а динамично отражающее реалии социально-экономического и политико-государственного развития, достигнутый уровень прогресса и демократии.
Соответственно в определенных условиях, например, в рабовладельческих и феодальных государствах, в буржуазных государствах периода промышленного капитализма, в некоторых буржуазных государствах эпохи монополистического капитала, особенно с тоталитарным режимом, а также в государствах диктатуры пролетариата, в характеристике сущности и социального назначения государства на первый план выступает классовое господство, насилие, подавление.
Раскрывая соотношение общесоциальных и классовых начал (сторон) государства в современных условиях, трудно не заметить, по общему правилу, приоритет общечеловеческих ценностей. Такая гуманистическая тенденция особенно наглядно проявляется в последние десятилетия в развитых государствах Америки и Европы и в современном Российском государстве.
Государство, представляющее собой преимущественно орудие социального компромисса, соответствует уровню развития демократии, характеризующемуся идеологическим плюрализмом, гласностью, многопартийностью, свободными выборами, разделением властей, верховенством закона, охраной прав и свобод личности, наличием высоко-авторитетного и независимого суда и т.д.
Демократическое, цивилизованное государство, пределы власти которого, а также формирование, полномочия, функционирование строго основываются на праве, высшее назначение которого - признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина, является правовым. Ныне это наиболее высокая ступень во всей многовековой истории развития государства.
Закрепление в статье 1 Конституции РФ нормы о том, что “Российская Федерация - Россия есть демократическое федеративное правовое государство с республиканской формой правления” не означает, однако, что правовое государство у нас уже создано, что ныне существующее государство стало правовым.
В действительности в приведенном положении Конституции РФ правовое государство рассматривается как цель, к которой мы стремимся, с достижением которой связано нынешнее и последующее развитие России. Данный процесс должен быть органически пережит обществом, которое само должно созреть для этого экономически, политически, духовно, юридически. Вместе с тем нельзя не заметить, что процесс формирования и фактического утверждения правового Российского государства находится все еще в начальной стадии, осуществляется не вполне последовательно и недостаточно интенсивно.
Поэтому на первый план все более выдвигается задача тесного соединения теоретических представлений о том, каким должно быть правовое государство, с повседневной практической деятельностью государственных органов и муниципальных учреждений, общественных объединений, должностных лиц и граждан по его реальному созданию Теория государства и права. / Под ред. Н.И. Матузова, А.В. Малько. М., 2000..
В связи с этим важно иметь в виду, что демократия, правовое государство ничего общего не имеют с анархистским своеволием, правовым нигилизмом, распущенностью, вседозволенностью. Напротив, они предполагают необходимые для всего общества законность и правопорядок, при которых все равны перед законом и судом, закон обязателен для всех без исключения, и никто из тех, кто нарушит его, не сможет уйти от ответственности.
Последовательное обеспечение законности и правопорядка - основа жизнеспособности и прочности демократии и правового государства.
Подводя итог вышесказанному о двуединой общечеловеческой и классовой природе сущности и социального назначения государства, можно предложить один из возможных вариантов его краткого общего определения. Государство - это организация политической власти, необходимая для выполнения как сугубо классовых задач, так и общих дел, вытекающих из природы всякого общества.
Учитывая, что государство весьма сложное явление, в ряду факторов (начал), оказывающих непосредственное влияние на его сущность и социальное назначение, кроме рассмотренных выше, в конкретных исторических условиях развития отдельных стран следует также иметь в виду религиозный фактор (Иран, Пакистан, Афганистан), национальный фактор (государства Балтии) и некоторые другие. Сказанное, однако, не означает, что все эти факторы должны быть отражены в определении государства вообще. При этом достаточно исходить из его наиболее общих начал - общечеловеческого и классового.
Заключение
История их взаимоотношений непроста и насыщена столкновениями.
Переосмысливая духовное наследие недавнего прошлого, обратимся к этому стереотипу. Напомним, что главным признаком религии является вера в сверхъестественное, в чудо и поклонение ему. Последователи религии недаром именуются верующими. Признаётся непознаваемость Бога и рада догм, таких, например, как “Святая Троица”. Впрочем, непознаваемыми провозглашаются и глубинные тайны бытия.
Государство же исходит из признания познаваемости мира и всех его явлений. Её отождествляют со знанием, основанным на достоверных, истинных сведениях о природе, обществе, человеке и его мышлении. Государство низводит все непознанное, сверхъестественное, чудесное к научно обоснованному. С этой позиции чудо - порождение слепой веры. Ученые нередко повторяют высказывание Д. Дидро: “Чем больше верят, тем больше чудес”.
Религиозная вера основана на чувстве, на интуиции, научная деятельность - на рассудочности, на правилах логики: установление достоверных фактов, поиск информации, выяснение действительных, естественных условий и причин очередной загадки природы. Религиозный опыт приобретается молениями и иными культовыми переживаниями.
Религия обращена к субъективной сфере человеческого бытия, осваивает мир и себя через культовые действия, сокровенные религиозные переживания. Верующий обозревает мир природы сквозь призму культа, и в этом видении мир окрашивается мистическим чувством. Более того, этот способ мировосприятия понуждает верующего искать Бога в себе, в своём духовном мире.
Отмеченные различия и противоречия между религией и государством ещё более резки в истории их взаимоотношений. Разумеется, они не конкурировали на поле познания - религия не изучает мир, она объясняет и осваивает его, опираясь на верования. Столкновения между Церковью и государством были обусловлены тем, что открытия последней нарушали ту картину мира, которая сложилась еще с донаучных времен на основе верований и “священных книг”.
Литература
Красиков А. Религии, церкви, государство: Россия на рубеже двух столетий // Рос. Вести. - 1995. - 24 нояб.
Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 39.
Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 4.
Миронов А.В., Бабинов Ю.А. Религия как общественное явление // Социально-политический журнал. - 1998. - № 4.
Общая теория права: Учебник для юридических вузов / Под общ. ред. А.С. Пигалкина. - М.: Изд-во МГТУ им. Н.Э. Баумена, 1995.
Полосин В. Религия и идеология // Россия XXI век. - 1994. - № 9-10.
Пясковский Н.В. Церковь и народоправие // Посев. - 1997. - № 4.
Религия в истории и культуре. М.: Культура и спорт; ЮНИТИ, 1998.
Религия и политика в современной России // Независимая газета. - 1998. - 25 янв.
Теория государства и права. / Под ред. Н.И. Матузова, А.В. Малько. М., 2000.
Церковь в переходном обществе // Свободная мысль. - 1997. - № 3. - с. 78-93.
Страницы: 1, 2